Портрет cемьи Карла IV — Франсиско де Гойя

Портрет cемьи Карла IV   Франсиско де Гойя

Король Карл IV заказал Гойе написать групповой портрет королевской семьи. Предварительно Гойя сделал эскизы отдельных членов семьи, а затем приступил к групповому портрету и завершил его очень быстро. В течение года картина была закончена.

Мы видим роскошные костюмы, блистающие драгоценностями и королевскими регалиями, однако, лица царственной четы свидетельствуют об удручающем отсутствии характера.

Скучные, невыразительные физиономии роскошно одетых короля и королевы заставляют вспомнить высказывание французского романиста Теофиля Готье: они напоминают «булочника с женой, которые получили крупный выигрыш в лотерею». Ни одна черта характера этой блестящей семьи не ускользнула от проницательного взгляда художника.

Надменный, заносчивый человек в голубом камзоле слева — старший сын короля, впоследствии тиран, Фердинанд VII. Рядом, отвернувшись от него, стоит его предполагаемая невеста, не получившая еще официального предложения. Королева Мария-Луиза, окруженная младшими детьми, — в центре картины, а король стоит в стороне, повторяя ту ситуацию, которая сложилась в их жизни; весь его облик выражает почтение царственной супруге.

За спиной короля сгруппировались другие, менее значительные родственники.

Возможно, подражая шедевру Веласкеса — «Менинам» и повторяя собственную манеру, зафиксированную в других его картинах, Гойя изобразил на заднем плане себя, прилежно работающим над большим полотном. В 1800 году Гойя приступает к работе над семейным портретом короля Карла IV. «Это будет картина, на которой мы все изображены вместе», — писала королева Мария Луиза своему премьер-министру и фавориту Годою. Гойя тщательно готовился к работе, он выполнил большую серию этюдов, на которой запечатлены лица персонажей этого большого полотна.

Некоторые из этих этюдов хранятся в Прадо, другие утрачены и известны только по копиям.

Ища композиционное решение этого семейного портрета, Гойя принципиально отказался от всего того, что было создано в парадном групповом портрете до него. Гойя поставил представителей королевской семьи в ряд, центром которого стали фигуры тучного короля Карлоса и его некрасивой жены Марии — Луизы. Художник дает точную психологическую характеристику каждому из портретируемых.

Трактовка образов представителей этой царственной семьи предельно правдива, изображения настолько достоверны, будто написаны на грани гротеска.

Рассматривая этот портрет, мы видим в нем нечто напоминающее карикатуру и фантастическое одновременно. Только такой художник, как Гойя, ясно осознающий масштабы своего таланта и, возможно, достаточно обеспеченный, чтобы рискнуть своим положением Первого придворного живописца, мог отважиться написать правдивый портрет королевских персон. В портрете не заметно ни малейшего желания приукрасить королеву Марию-Луизу, художник не упустил ни одной детали: двойной подбородок и толстая шея бросаются в глаза, так же, как грубое, почти вульгарное выражение лица; ее руки, которыми, как знал Гойя, она восхищалась, считая их соблазнительно округлыми, кажутся слишком толстыми.

По контрасту с ней ее младшая дочь, донья Мария-Изабель, напоминает ангела, ее платье, драгоценности и глаза — такие же, как у матери, но она излучает нежность и обаяние юности, что свидетельствует не только о ее невинности, но и о неизменной симпатии Гойи к детям. Верный правде жизни, портрет Гойи, похоже, никого не шокировал; даже королева при случае пошутила по поводу своей уродливости, возможно, ожидая в ответ пылких возражений. Королевская чета не выразила ни неудовольствия, ни энтузиазма, увидев представленную им работу.

И, хотя Гойя никогда больше не получал королевских заказов, произошло это не оттого, что их оскорбил портрет.